image

15 Май 2012

Ода хлеборобам

Ковала  целина  характер.
Была  эпохой  целина.
Не  человек ломался – трактор…
Трос разрывался , как струна…
А люди  жили, снег топили
Для русской баньки  по утрам.
Траншеи под фундамент  рыли -
Стоять чтоб фермерским домам!*

У нас в хозяйстве есть трактор ХТЗ (Т-150) – 175-сильная машина, которая легко тянет трехтонную четырехрядную борону, заглубленную в землю до 18 см (по технологии А. И. Шугурова мы заглубляем только на 8 см). А еще есть три поля по 200 га каждое, которые  десять лет не возделывались и местами уже поросли березняком. Где-то березняк растет густым кустарником, а где-то попадаются одиночные березы до 15 см в диаметре, которые иначе как трактором или краном не вырвешь. Мы приспособились выдергивать толстые березы трактором «Беларус», но и в этом случае трос с палец толщиной выдерживал далеко не всегда. Два дня назад я попробовал себя в роли стропальщика – цеплял березы за трактор. За несколько часов вырвали и отволокли на базу около 50 берез. Под конец работ трос сильно поизносился – на конце его возле крюка во все стороны торчала стальная проволока, которая, несмотря на перчатки, больно впивалась в пальцы. Трос трижды обрывался, так что к концу нашей изматывающей борьбы с наступающей природой он превратился в короткий огрызок.

Трактор легко идет по молодой поросли, но даже эта мощная, проверенная временем машина не способна выдержать все тяготы работ по поднятию целинных земель. В первый же день мы потеряли оба лобовых фонаря, один из 24 дисков на бороне (не представляю, как он, прикрученный на шесть болтов, мог потеряться), свернули одну из стоек (короткая стальная ножка толщиной с руку и весом в добрых 30 кг, на которой крепится диск бороны). Не буду подробно останавливаться на вывернутых подножках, разорванных проводах, внезапно фонтаном захлеставшей солярке из-под фильтра тонкой очистки и отказавшей на второй день гидравлической системе, из-за которой трактор перестал опускать и поднимать из земли борону. Притираясь к тяготам работы на целине, трактор, как комета, усыхающая на подлете к Солнцу, теряет все «лишние» и выступающие детали.

Но рассказ совсем не об этом. Рассказ о людях, о добрых и славных хлеборобах, которые  сейчас, когда вы читаете эти строки, ночью ли, днем ли, управляют техникой в полях. Тяжелая это профессия. Приходится работать либо в пыли на дневной жаре, либо в ночной  прохладе, но борясь со сном. Кто-то предпочитает работать сутками (боюсь даже представить, каково это). Со своими трактористами мы определили график по 12 часов без выходных, но, глядя, как медленно продвигаемся, мне сложно спрогнозировать, когда можно будет отдохнуть денек-другой.

Кабина машины Харьковского тракторного завода и явление «звукоизоляция» – понятия  слабо совместимые. За последние четыре дня я провел в тракторе не один час, а однажды даже в одиночку часа два управлял этой мощной махиной. Гул в кабине стоит глухой, тяжелый и давящий на уши. Видимо поэтому трактористы сразу после смены часто  переспрашивают собеседника. Педаль газа сделана как в троллейбусе, под таким тупым углом, что нужно постоянно прилагать усилие, чтобы она оставалась в нажатом положении. С непривычки я приспособился рулить левой рукой, а правой давить на ногу, чтобы педаль газа не поднималась. Надо сказать, рулевая гидравлика в тракторе сделана просто отлично. Руль крутится настолько легко, что с ним справится даже ребенок. Можно рулить одним мизинцем.

При всех сложностях работы, трактористы – удивительный народ. Веселый, бодрый, юморной. И язык у них особый – этакий добрый матерный. Приехав со смены, заправляют трактор, который за 12 часов пахоты засасывает чуть больше 200-литровой бочки дизеля. Пока готовится вторая смена, сядут рядом с трактором на завалинке, цигарку дешевую закурят и отдыхают. Молча. Погруженные в свои мысли…

Сейчас начало мая и земля далеко не везде подсохла. Местами трактор зарывается во влажный грунт под тяжестью бороны. Приходится приподнимать ее из земли, сдавая назад. Не менее часто борона забивается влажной землей, и снова приходится сдавать назад, пытаясь стряхнуть застрявшие между дисков большие и липкие комья земли. А иногда березка сантиметров семь-восемь в диаметре как-нибудь хитро застрянет между дисков, так что приходится останавливаться и лопатой с ломом выковыривать ее оттуда. И так десятки раз за смену. А когда продираешься через густые березовые заросли, иногда приходится подбадривать… то ли тракториста, то ли себя. Многие березы, хотя и прошелся по ним только что девятитонный трактор и четыре ряда острых как нож дисков, снова поднимаются. Как солдаты. И в такие моменты становится страшно и за технику, и от того, как много еще предстоит работы, пока наша земля из зарослей снова превратится в ровное и чистое поле. А в голове страх перемежается с мольбами к Богу о том, чтобы дал нам сил. Потому что уверенность наша часто вязнет в густой зеленке вместе с тяжелой техникой.

В детстве бабушка не раз говорила мне о важности профессии хлебороба. К тем словам  хочу сегодня добавить и этот свой короткий рассказ о сложностях хлеборобского труда. Много уходит сил и пота проливается, прежде чем кусок хлеба оказывается на наших столах.

Быть добру!

Слава России!

* – Эпиграф не мой. Товарищ прислал в ответ на статейку с пометкой «из чужого, переделано».

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Оставить комментарий